Кто написал вокальный цикл детская. Музыкальные сочинения М. Мусоргского. Средства музыкальной выразительности

В музыке , отразившего печальные страницы русской истории и трагические противоречия современной композитору эпохи, не так уж много светлых страниц. Очень часто они связаны с изображением детей – таков образ юного царевича Федора в опере « », таков и вокальный цикл «Детская».

Собственных детей у не было, но в 1868 году он нередко бывал в гостях у Стасова, общался с его детьми. Одна из дочерей Владимира Васильевича вспоминала впоследствии, что Модест Петрович в общении с ними никогда не впадал в примитивный и фальшивый тон, как часто делают взрослые, разговаривая с детьми – и дети чувствовали себя с ним свободно, общаясь на равных. Тогда-то и зарождается у композитора замысел вокального цикла, посвященного детям, но речь шла не о детских песнях, которые могли бы петь маленькие исполнители, а о романсах достаточно сложных, рассчитанных на исполнение и восприятие взрослыми людьми, но раскрывающими мир мыслей и чувств ребенка. Тогда же был написан первый романс – «С няней», который посвятил Даргомыжскому. Тот одобрил произведение молодого композитора и порекомендовал продолжить работу. Однако тогда в большей степени занимала работа над « », и к вокальному циклу, получившему заглавие «Детская», он возвращается лишь по прошествии двух лет, написав в 1870 г. еще четыре романса. Композитор снова вернулся к произведению в 1872 г., создав последние три миниатюры. Правда, он планировал еще две части – «Ссора двух детей» и «Сон ребенка», даже сочинил их и исполнил перед друзьями, но так и не записал.

Цикл «Детская» – это семь тонких вокальных сцен на собственные тексты , основным выразительным средством в которых является мелодизированный речитатив. Фортепианная партия сравнительно скупа, она занимает подчиненное положение.

Первый номер – «С няней» – мог бы показаться монотонным из-за многочисленных повторяющихся звуков, но этого не происходит из-за смены гармонии на повторяющихся звуках и мелодических скачков, приходящихся на ударные слоги. А некоторая монотонность оказывается весьма выразительным штрихом – ведь именно так говорят дети, когда о чем-то просят взрослых («Расскажи мне, нянюшка, расскажи мне, милая»).

Второй номер – «В углу» – начинается не с детской речи, а с гневных реплик другого персонажа – няни. Ее возгласы («Ах ты, проказник! Клубок размотал!») раздаются на фоне бурного движения восьмых. Малыш (видимо, первый раз в жизни столкнувшейся с несправедливостью) отвечает минорными нисходящими фразами – но только до тех пор, пока не почувствует себя оскорбленным, и тогда нисходящее движение сменяется восходящим («Миша больше не будет любить свою нянюшку, вот что!»).

Третий номер – «Жук» – с предельной правдивостью раскрывает мировосприятие ребенка: настроение очень легко переходит от страха к удивлению, а любое событие, кажущееся взрослым незначительным – такое, как неожиданное появление жука – становится значимым для ребенка. Резкий аккорд в кульминации напоминает приемы, которыми во «взрослых» произведениях сопровождаются драматические события.

В четвертом романсе – «С куклой» – маленькая героиня имитирует поведение взрослого человека, а именно – няни. Укладывая спать куклу по имени Тяпа, девочка напевает монотонную колыбельную. Типичный для этого жанра минор сочетается с мажором, а колыбельная время от времени прерывается речитативным возгласом: «Тяпа, спать надо!»

«На сон грядущий» – простодушная молитва ребенка. Малыш, молящийся – как научили взрослые – о здравии близких, понимает, что занят серьезным делом, и пытается придать своим интонациям степенность. Это ему почти удается, пока он называет родителей и других взрослых, но как только дело доходит до друзей («И Фильку, и Ваньку, и Митьку, и Петьку»), серьезность сменяется «скороговоркой», которая прерывается вопросительной интонацией: «Как дальше?»

«Кот Матрос» – эмоциональный рассказ о маленьком домашнем происшествии, чрезвычайно взволновавшем ребенка: кот запустил лапу в клетку с птицей. Пульсация восьмых в аккомпанементе подчеркивает взволнованность речи маленькой героини. Фортепианная партия насыщена звукоизобразительными приемами, передающими и дрожание птички, и скрежет кошачьих когтей по клетке.

«Поехал на палочке» – настоящая «зарисовка с натуры»: острый ритм коротких фраз изображает движения мальчика, скачущего на палочке. «Скачка» дважды прерывается – разговором с приятелем Васей и досадным происшествием: мальчик упал и ушибся, его жалобным нисходящим фразам отвечают нежные интонации матери. В репризе возвращается прежнее ритмическое движение – боль забыта, игра продолжается.

Дата первого исполнения «Детской» неизвестна, но после издания вокального цикла в 1873 г. он быстро приобрел популярность. Издатель Бессель послал ноты . не предполагал, что его произведение понравится знаменитому композитору – ведь тот чаще всего отдавал предпочтение сюжетам грандиозным. Вопреки этим предположениям, «Детская» привела в восторг.

Музыкальные Сезоны

Мусоргский. Вокальный цикл «Детская».

Вокальные сценки – эпизоды из детской жизни принадлежат к лирическим страницам творчества Мусоргского. Это не детская музыка, написанная в педагогических учебных целях и не для того, чтобы ее исполняли сами дети. Это песни для взрослых, но написанные от лица ребенка. В цикле восемь песен, их образы очень разные – и грустные, и веселые, но все они пронизаны искренней любовью к детям. В этих вокальных миниатюрах воплотились далекие воспоминания деревенского детства Мусоргского, а так же чуткие наблюдения жизни маленьких друзей композитора. Мусоргский не просто любил детей «со стороны». Он умел с ними общаться на их языке и понимать их, мыслить детскими образами. В.Комарова, дочь Д.Стасова, знавшая Мусоргского с детства и называвшая его «Мусоряниным» вспоминала: «Он не притворялся с нами, не говорил тем фальшивым языком, каким обыкновенно говорят взрослые с детьми в домах, где они дружны с родителями… мы разговаривали с ним совершенно свободно, как с равным. Братья тоже ничуть не дичились его, рассказывали ему все происшествия своей жизни…»



Одно из гениальных свойств великих Художников – умение стать на место другого и от его лица создавать произведение. В данном цикле Мусоргский сумел стать снова ребенком и говорить от его лица. Интересно заметить, что здесь Мусоргский не только автор музыки, но и слов. Песни-сценки были написаны в разное время, то есть не по принципу «задумано - сделано» и не по какому-нибудь заказу. Они собирались в цикл постепенно и были изданы после смерти автора. Некоторые из песен остались не записанными на бумаге, хотя исполнялись композитором в тесном кругу друзей. Для нас они остались лишь в воспоминаниях современников. Это «Фантастический сон ребенка», «Ссора двух детей». Мы можем услышать цикл из семи пьес-сценок. Мусоргский вложил в «Детскую» не только наблюдения над детьми своего брата и детьми брата Стасова, но и собственные впечатления детства. Вечером, когда спадёт полдневная жара, мать Модиньки, Юлия Ивановна садится за фортепиано. Маленький Модест слушает, затаив дыхание. Отец расхаживает по залу, слушая игру жены. Музыку он «любит до страсти», особенно романсы Алябьева и Варламова. Для его удовольствия Юлия Ивановна играет вариации на варламовский напев «На заре ты её не буди» или «Красный сарафан» и ещё алябьевского «Соловья». Эти пьесы слушает Пётр Алексеевич с особым удовольствием. «Главное, что своё, русское», – замечает он. Малыш слезает тихонько с кресла, подходит к фортепиано и трогает клавиши. Тихо и робко звучит жалобный напев. «Умник, Модинька, – радуется мать – хочешь, я буду тебя учить играть?»Занятия музыкой начались с пятилетнего возраста сначала с матерью, а позже – с гувернанткой-немкой. Занятия Модеста шли настолько хорошо, что в девятилетнем возрасте он на семейной вечеринке сыграл большой концерт Фильда. Позже, учась в Школе святого Петра в Петербурге, Модест занимался музыкой с Антоном Августовичем Герке и принимал участие в домашних концертах (Особенно запомнилось ему выступление на благотворительном вечере у статс-дамы Рюминой). О его таланте стало известно генералу Сутгофу – директору школы, который пригласил молодого пианиста к себе домой. У генерала была дочь, которая также училась у Герке. Юный Модест Мусоргский играл с ней в четыре руки. Поддержку и одобрение окружающих вызывали и произведения начинающего композитора, в которых часто появляются мотивы детства. Одно из первых завершённых сочинений – «Воспоминания детства», для фортепиано, которое включает в себя две пьесы: " Няня и я " и «Первое наказание».


Первая из сцен «С няней» была создана весною 1968 года. Мусоргский показал ее своему глубокоуважаемому другу композитору Даргомыжскому, и тот завещал ему продолжить это великолепное начинание. В 1970 году появились еще четыре сценки, и под общим названием «Детская» пьесы вышли в свет в Санкт-Петербурге в издательстве В.Бесселя. А спустя два года появились еще две пьесы, но они были опубликованы гораздо позже под редакцией Н.А.Римского-Корсакова под общим названием «На даче» в 1882 году.

Кроме этого цикла у Мусоргского была и другая «детская музыка»: «Детские игры-уголки» (скерцо для фортепиано), «Из воспоминаний детства» («Няня и я», «Первое наказание» для фортепиано), детская песенка «Во саду, ах, во садочке».

Цикл «Детская» - одно из немногих произведений Мусоргского, которым посчастливилось при жизни композитора увидеть свет и встретить доброе расположение не только со стороны публики, но и даже критики. «Исполнениям сценок «Детской» в лучших петербургских музыкальных кружках не было конца, - писал В.Стасов. Самые даже ретрограды и враги не могли уже оспаривать талантливость и новизну этих маленьких по размерам, но крупных по содержанию и значению шедевров».



Существенный интерес представляет музыкальный язык вокальных сценок «Детской». Следуя найденным приёмам создания «зримости» конкретного персонажа, Мусоргский смело обращается с метрической, гармонической и вокальной основой, создавая «мелодию, творимую говором», передавая мельчайшие нюансы эмоций и телодвижений персонажей своего камерного театра.

В первой сценке отразились детские впечатления Мусоргского от няниных сказок, от которых он по его воспоминаниям «иногда не спал по ночам». Образы двух сказок теснятся в голове ребенка. Одна «про буку страшного… как тот бука в лес детей носил, и как грыз он их белые косточки…». И вторая – смешная – о хромоногом царе («как споткнется, так гриб вырастет») и чихающей царице («как чихнет – стекла в дребезги!»). Вся музыка сценки пронизана народными попевками, создающими колорит русской сказочности. В то же время автор ярко показывает восприятие волшебства впечатлительной душой ребенка.

Вторая пьеска-сценка их цикла Мусоргского «Детская». Сюжет ее прост: няня, рассерженная проказами своего маленького питомца, ставит его в угол. А наказанный проказник в углу обиженно пеняет на котеночка – это он все натворил, а не Миша. Но жалобные всхлипывающие интонации, ярко выраженные в музыке, («Я ничего не сделал, нянюшка») выдают Мишу: он чувствует горькую обиду и свою вину. Но его детское сознание не умеет примирить это первое в жизни «противоречие». Пытаясь выкрутиться из затруднительного положения, он начинает поддразнивать няню. Жалобные интонации сменяются капризными, озорными («А няня злая, старая…») Но и в них слышатся нотки смирения. Такое глубокое психологическое понимание автором детского характера составляет неповторимость музыки этого цикла.

Третья пьеса-сценка из цикла «Детская» - загадочная история с жуком, поразившая воображение ребенка. На построенный из лучинок домик сел жук, «огромный, черный, страшный», гудит и шевелит усами и, налетев, ударяет его в височек. Испугавшись, ребенок притаился, чуть дыша… Вдруг видит – жук беспомощно лежит на спинке, «только крылышки дрожат». «Что же это с жуком сталось? Меня ударил, а сам свалился!». В музыке с большим остроумием и эмоциональностью слышен взволнованный тон детской смены настроений: удар и падение жука сменяется страхом, тревогой. Повисший вопрос показывает безграничное удивление мальчика перед всем непонятным и загадочным миром.

Четвертая пьеса цикла «Детская» - посвящена композитором его маленьким племянникам «Танюшке и Гоге Мусоргским» Называлась она так же «Колыбельная». Девочка укачивает свою куклу «тяпу», приговаривая нянину байку про буку и серого волка и, завороженная ритмом баюканья, навевает «тяпе» волшебный сон о «чудном острове, где ни жнут, не сеют, где зреют груши наливные, день и ночь поют птички золотые». Нежный напев колыбельной, с его хрустальными звенящими секундами, скользит, как таинственное видение из мира детской мечтательности.


Пятая сценка цикла «Детская» - подарок крестнику Мусоргского, новорожденному сыну Кюи Саше. Маленькая героиня сценки лепечет перед сном заученную молитву, прилежно упоминая в ней и папу с мамой, и братцев, и старенькую бабушку, и всех тетушек и дядюшек, и многочисленных своих дворовых друзей «И Фильку, и Ваньку, и Митьку, и Петьку…». Интересно в музыке отражено настроение, с каким произносятся имена: старших – сосредоточенно и серьезно, но когда дело доходит до дворовых ребятишек, серьезность улетучивается и звучит резвый детский говорок. На Дунюшке «молитва» прерывается. Как дальше? Няня, конечно же, подскажет…

Шестая сценка из цикла «Детская» - образец детского юмора, рассказ о маленьком домашнем происшествии. Хитрый кот подкрался к клетке со снегирем, приготовился уже цапнуть свою жертву, и в ту же минуту был прихлопнут перехитрившей его девочкой. Болят ее пальчики, но она довольна: снегирь спасен, а проказник-кот наказан.

Седьмая пьеса цикла «Детская». Это шутливая игровая сценка, зарисовка с натуры: малыш лихо скачет на палочке возле дачи, воображая, что он «поехал в Юкки» (окрестную деревеньку). В музыке комичным синкопированным («хромающим») ритмом изображается езда удальца, который в самом интересном месте… спотыкается и, ушибив ногу, ревет. Мать утешает своего Сержиньку, что служит поводом для забавного лирического интермеццо (небольшого отступления). Наконец, повеселевший Сержинька вновь садится на свою палочку и, заявив, что он уже «съездил в Юкки», таким же галопом торопится домой: «гости будут…».


В этой чудесной музыке мы почувствовали тёплое и нежное отношение композитора к миру детства. Как искренне и поэтично М.П.Мусоргский раскрыл мир детских чувств, радостей и огорчений. Трудно представить себе более искреннее и поэтичное воплощение этих образов! Всё это потому, что



Инна Астахова

По книге Г.Хубова «Мусоргский»

Москва, издательство «Музыка» 1969

Обсудить у себя 0

Большой вокальный цикл, посвященный детям, Мусоргский задумал весной 1868 года. Возможно, на эту мысль его натолкнуло общение с детьми Стасова, которого в те годы он часто посещал. Не песенки для детей, а вокально-поэтические миниатюры, раскрывающие душевный мир ребенка, его психологию - вот что было в центре внимания композитора. Сочинять он начал на собственные тексты и не случайно, закончив тогда же первый номер цикла, «С няней», Мусоргский сделал знаменательное посвящение «великому учителю музыкальной правды Александру Сергеевичу Даргомыжскому». Это было за полгода до смерти Даргомыжского, который высоко оценил опыт молодого автора и посоветовал непременно продолжать работу. Однако Мусоргский, занятый в то время окончанием «Бориса Годунова», надолго отложил ее. Лишь в начале 1870 года были написаны еще четыре номера - «В углу», «Жук», «С куклой» и «На сон грядущий». Последние две пьески, «Кот Матрос» и «На палочке», появились только в 1872 году. Были сочинены и еще две - «Сон ребенка» и «Ссора двух детей». Их композитор играл друзьям, но не записал, и в окончательном варианте цикла они отсутствуют.

«Детская» - совершенно необычное, не имевшее ранее аналогов произведение. Это не песни, не романсы, а тонкие вокальные сценки, в которых удивительно точно, глубоко и любовно раскрывается мир ребенка. Не осталось сведений о том, когда цикл был исполнен впервые. Известно лишь, что его часто пела молодая любительница А. Н. Пургольд, сестра жены Римского-Корсакова, вместе с ней принимавшая горячее участие в жизни музыкального кружка, группировавшегося вокруг Даргомыжского. Вскоре после написания, в 1873 году «Детская» была издана В. Бесселем в нарядном оформлении Репина и сразу получила признание публики. Бессель тогда же, вместе с некоторыми другими сочинениями молодых русских композиторов, послал «Детскую» Листу, который пришел от нее в восторг. Брат издателя сообщал Мусоргскому, что его сочинение Листа «до такой степени расшевелило, что он полюбил автора и желает посвятить ему une «bluette» (безделушку. - Л.М). «Глуп я или нет в музыке, но в «Детской», кажется, неглуп, потому что понимание детей и взгляд на них как на людей со своеобразным мирком, а не как на забавных кукол, не должны бы рекомендовать автора с глупой стороны, - писал Мусоргский Стасову. - ... Я никогда не думал, чтобы Лист, за небольшими исключениями избирающий колоссальные сюжеты, мог серьезно понять и оценить «Детскую», а главное, восторгнуться ею: ведь все же дети-то в ней россияне, с сильным местным запашком...»

Шесть из семи номеров цикла имеют посвящения. «В углу» - Виктору Александровичу Гартману, другу композитора, художнику и архитектору, вскоре скончавшемуся в расцвете лет от сердечной болезни (его посмертная выставка вдохновила композитора на одно из лучших его творений - цикл «Картинки с выставки»). «Жук» посвящен идейному вдохновителю композиторского кружка, автору крылатого названия Могучая кучка Владимиру Васильевичу Стасову. Над пьеской «С куклой» стоит надпись «Посвящается Танюшке и Гоге Мусоргским» - племянникам композитора, детям его старшего брата Филарета. «На сон грядущий» посвящен Саше Кюи, а последний номер, «Поехал на палочке», имеющий еще один заголовок - «На даче», - Дмитрию Васильевичу и Поликсене Степановне Стасовым (брату В. В. Стасова и его жене). Лишь «Кот Матрос» остался без посвящения.

Музыка

В «Детской» господствует мелодизированный речитатив, передающий тончайшие оттенки речи. Аккомпанемент скупой, подчеркивающий особенности мелодической линии, помогающий создать яркий, выразительный образ.

№1, «С няней», отличается удивительной гибкостью мелодии, поддержанной гармонически изобретательным аккомпанементом. №2, «В углу», - сценка между рассерженной няней и наказанным ребенком. Бурным, обвиняющим интонациям няни противопоставлены фразы ребенка, поначалу оправдывающиеся, жалобные, хнычущие, а потом, когда малыш убеждает самого себя в невиновности, переходящие в агрессивный вопль. №4, «С куклой», - монотонная колыбельная, которой девочка укачивает свою куклу. Однообразный напев прерывается нетерпеливым восклицанием (в подражание няне: «Тяпа, спать надо!»), а затем снова разворачивается неторопливая колыбельная, замирающая в конце - кукла уснула. №5, «На сон грядущий», может быть самый яркий, - вечерняя молитва ребенка. Девочка молится за своих близких, родных, товарищей по играм. Ее речь все ускоряется в бесконечном перечислении имен и вдруг спотыкается... Следует растерянное обращение к няне - как дальше? - и ее ворчливый ответ, после которого следует медленное завершение молитвы: «Господи, помилуй и меня грешную!» и быстрый, на одном звуке, вопрос: «Так? нянюшка?» №6, «Кот Матрос», - захлебывающаяся скороговорка, построенная на взволнованном пульсирующем ритме, с остроумными звукоизобра-зительными приемами в аккомпанементе - история про кота, запустившего лапу в клетку со снегирем. Завершает цикл живая сценка «Поехал на палочке». Вначале это веселая поездка на воображаемой лошадке (речитация на одной ноте), разговор с приятелем, веселые подскоки. Но малыш упал. На его стоны и жалобы спокойно, умиротворяюще отвечает мать, отвлекает его от боли. И вот успокоившийся мальчик снова скачет.

В мировой музыке есть три гениальных детских цикла: «Детский альбом» Роберта Шумана, «Детский альбом» Петра Чайковского и «Детская» Модеста Мусоргского. Если «Детский альбом» Шумана это, прежде всего, взгляд вечного взрослого и вечного ребенка, и если детский альбом Чайковского это набор мелодических интонационных шедевров, которые одновременно и для ребенка и для взрослого. То «Детская», как и все у Мусоргского, является уникальным произведением.

« Вокальные сценки - эпизоды из детской жизни принадлежат к лирическим страницам творчества Мусоргского. Это не детская музыка, написанная в педагогических учебных целях и не для того, чтобы ее исполняли сами дети. Это песни для взрослых, но написанные от лица ребенка. В цикле восемь песен, их образы очень разные - и грустные, и веселые, но все они пронизаны искренней любовью к детям. В этих вокальных миниатюрах воплотились далекие воспоминания деревенского детства Мусоргского, а так же чуткие наблюдения жизни маленьких друзей композитора. Мусоргский не просто любил детей «со стороны». Он умел с ними общаться на их языке и понимать их, мыслить детскими образами. В.Комарова, дочь Д.Стасова, знавшая Мусоргского с детства и называвшая его «Мусоряниным» вспоминала: «Он не притворялся с нами, не говорил тем фальшивым языком, каким обыкновенно говорят взрослые с детьми в домах, где они дружны с родителями… мы разговаривали с ним совершенно свободно, как с равным. Братья тоже ничуть не дичились его, рассказывали ему все происшествия своей жизни…»

Одно из гениальных свойств великих Художников - умение стать на место другого и от его лица создавать произведение. В данном цикле Мусоргский сумел стать снова ребенком и говорить от его лица. Интересно заметить, что здесь Мусоргский не только автор музыки, но и слов. Песни-сценки были написаны в разное время, то есть не по принципу «задумано - сделано» и не по какому-нибудь заказу. Они собирались в цикл постепенно и были изданы после смерти автора. Некоторые из песен остались не записанными на бумаге, хотя исполнялись композитором в тесном кругу друзей. Для нас они остались лишь в воспоминаниях современников. Это «Фантастический сон ребенка», «Ссора двух детей». Мы можем услышать цикл из семи пьес-сценок.

Первая из сцен «С няней» была создана весною 1868 года. Мусоргский показал ее своему глубокоуважаемому другу композитору Даргомыжскому, и тот завещал ему продолжить это великолепное начинание. В 1870 году появились еще четыре сценки, и под общим названием «Детская» пьесы вышли в свет в Санкт-Петербурге в издательстве В.Бесселя. А спустя два года появились еще две пьесы, но они были опубликованы гораздо позже под редакцией Н.А.Римского-Корсакова под общим названием «На даче» в 1882 году.
Кроме этого цикла у Мусоргского была и другая «детская музыка»: «Детские игры-уголки» (скерцо для фортепиано), «Из воспоминаний детства» («Няня и я», «Первое наказание» для фортепиано), детская песенка «Во саду, ах, во садочке».

Цикл «Детская» - одно из немногих произведений Мусоргского, которым посчастливилось при жизни композитора увидеть свет и встретить доброе расположение не только со стороны публики, но и даже критики. «Исполнениям сценок «Детской» в лучших петербургских музыкальных кружках не было конца, - писал В.Стасов. Самые даже ретрограды и враги не могли уже оспаривать талантливость и новизну этих маленьких по размерам, но крупных по содержанию и значению шедевров» .



В первой сценке «С няней» отразились детские впечатления Мусоргского от няниных сказок, от которых он по его воспоминаниям «иногда не спал по ночам». Образы двух сказок теснятся в голове ребенка. Одна «про буку страшного… как тот бука в лес детей носил, и как грыз он их белые косточки…». И вторая - смешная - о хромоногом царе («как споткнется, так гриб вырастет») и чихающей царице («как чихнет - стекла в дребезги!»). Вся музыка сценки пронизана народными попевками, создающими колорит русской сказочности. В то же время автор ярко показывает восприятие волшебства впечатлительной душой ребенка.

«В углу» - вторая пьеска-сценка их цикла Мусоргского «Детская». Сюжет ее прост: няня, рассерженная проказами своего маленького питомца, ставит его в угол. А наказанный проказник в углу обиженно пеняет на котеночка - это он все натворил, а не Миша. Но жалобные всхлипывающие интонации, ярко выраженные в музыке, («Я ничего не сделал, нянюшка») выдают Мишу: он чувствует горькую обиду и свою вину. Но его детское сознание не умеет примирить это первое в жизни «противоречие». Пытаясь выкрутиться из затруднительного положения, он начинает поддразнивать няню. Жалобные интонации сменяются капризными, озорными («А няня злая, старая…») Но и в них слышатся нотки смирения. Такое глубокое психологическое понимание автором детского характера составляет неповторимость музыки этого цикла.

«Жук» - третья пьеса-сценка из цикла «Детская» - загадочная история с жуком, поразившая воображение ребенка. На построенный из лучинок домик сел жук, «огромный, черный, страшный», гудит и шевелит усами и, налетев, ударяет его в височек. Испугавшись, ребенок притаился, чуть дыша… Вдруг видит - жук беспомощно лежит на спинке, «только крылышки дрожат». «Что же это с жуком сталось? Меня ударил, а сам свалился!». В музыке с большим остроумием и эмоциональностью слышен взволнованный тон детской смены настроений: удар и падение жука сменяется страхом, тревогой. Повисший вопрос показывает безграничное удивление мальчика перед всем непонятным и загадочным миром.

«С куклой» - четвертая пьеса цикла «Детская» - посвящена композитором его маленьким племянникам «Танюшке и Гоге Мусоргским» Называлась она так же «Колыбельная». Девочка укачивает свою куклу «тяпу», приговаривая нянину байку про буку и серого волка и, завороженная ритмом баюканья, навевает «тяпе» волшебный сон о «чудном острове, где ни жнут, не сеют, где зреют груши наливные, день и ночь поют птички золотые». Нежный напев колыбельной, с его хрустальными звенящими секундами, скользит, как таинственное видение из мира детской мечтательности.

«На сон грядущий» - пятая сценка цикла «Детская» - подарок крестнику Мусоргского, новорожденному сыну Кюи Саше. Маленькая героиня сценки лепечет перед сном заученную молитву, прилежно упоминая в ней и папу с мамой, и братцев, и старенькую бабушку, и всех тетушек и дядюшек, и многочисленных своих дворовых друзей «И Фильку, и Ваньку, и Митьку, и Петьку…». Интересно в музыке отражено настроение, с каким произносятся имена: старших - сосредоточенно и серьезно, но когда дело доходит до дворовых ребятишек, серьезность улетучивается и звучит резвый детский говорок. На Дунюшке «молитва» прерывается. Как дальше? Няня, конечно же, подскажет…

«Кот Матрос» - шестая сценка из цикла «Детская» - образец детского юмора, рассказ о маленьком домашнем происшествии. Хитрый кот подкрался к клетке со снегирем, приготовился уже цапнуть свою жертву, и в ту же минуту был прихлопнут перехитрившей его девочкой. Болят ее пальчики, но она довольна: снегирь спасен, а проказник-кот наказан.

«Поехал на палочке» - седьмая пьеса цикла «Детская». Это шутливая игровая сценка, зарисовка с натуры: малыш лихо скачет на палочке возле дачи, воображая, что он «поехал в Юкки» (окрестную деревеньку). В музыке комичным синкопированным («хромающим») ритмом изображается езда удальца, который в самом интересном месте… спотыкается и, ушибив ногу, ревет. Мать утешает своего Сержиньку, что служит поводом для забавного лирического интермеццо (небольшого отступления). Наконец, повеселевший Сержинька вновь садится на свою палочку и, заявив, что он уже «съездил в Юкки», таким же галопом торопится домой: «гости будут…».

ddvor.ru - Одиночество и расставания. Популярные вопросы. Эмоции. Чувства. Личные отношения